Рассылка обновлений по Email

вторник, 5 июля 2011 г.

17.10.1998 Д.Д.Пелгонен и Х.М.Ахокас о расстрелах на Ржевском полигоне и депортации финнов

Мужчина: Давайте я очки одену, посмотрю (0,02 встает, поворачивается к серванту), плохо вижу, плохо вижу.
М.П.: 0,10 на финском и на русском языке
М.: 0,13 Карельский перешеек
М.П.: 0,15 здесь указаны вот черным деревни существующие, а красным- те, которые утрачены. Вот и Ваша деревня тоже здесь.. Вернее, где Токсово 0,34 Вот, вот все ваши деревни (финские названия) Киурумяки А вот Койранкангас.
М.: 0,47 Ага, да. Эта дорога…
М.П.: 0,52 А дорога вот красным.
М.: 0,53 это красная, да?
М.П.: 0,54 Да-да-да.
М.: 0,56 Это мимо (финское название) туда, да? Поворачивает… Ну, правильно, правильно. Нет, такой я не видел, конечно, карты. Я как-то нашел военные карты, но это давно было, довоенное еще, это самое…
М.П.: 1,12  А военная карта – вот, именно вот этот кусок, вот поворот вот этот налево, вот гора Киурумяки, и вот…
М.: 1,24 Ну, ясно, ясно.
М.П.: 1,25 Здесь в сантиметре 400 метров
М.: 1,28 Ага.
Женский голос: 1,31 Давыд? Давыдович, а Вы можете рассказать, как бы… немного нам, когда Вы родились, в какой деревне…
М.: 1,38: Родился я в 25 году, в 25 году в деревне Большой Киурумяки. Ну, и там жил до тех пор, пока вот нас эвакуировали в 42 году. Сначала нас с хуторов перевели на этот самый… к шоссейной дороге все дома, а потом в 42 году эвакуировали в Красноярский край, в Сибирь. И в Сибири я был одно лето, и потом попал в трудармию, был четыре с половиной года в Челябинске в трудармии. Оттуда приехал домой, тут не прописали, уехал в Эстонию. В Эстонии был год, потом уехал обратно в Сибирь, и девять с половиной года я был еще в Сибири.
Ж.: 2,33 А снимите очки.
М.: 2,34 И в 56 году с семьей приехал сюда, вот. Ну вот с 56 года я жил в Токсово, там дом свой построил и все. А потом вот этот самый… жена у меня умерла, и все, и я вот с Раисой Михайловной сошлись. (03,01) И вот сейчас третий год с ней живу. Вот такие дела, кратко.
М.П.: (03,06)  Простите, а вот вы переезжали в Эстонию, в Сибирь, это связано было с поисками работы, да? По работе или просто не прописывали?
М.: (03,13) Это не то что с поиском работы. Работы тогда было. Но не прописывали. Нас, как финнов, не прописывали здесь, дома. Я получил (?) 24 часа и мне.., вынужден был бежать. И, тем не менее, я с Эстонии получил  тоже (?) в 24 часа, потому что как финну мне не разрешали жить во второй пограничной полосе.
М.П.: (03,38) Это какой же год был?
М.: (03,40) 47й.
М.П.:(03,41) Это в 47м, да?
М.: (03,41) В 47м.
М.П.: (03,42) И Вы вынуждены были уехать в Сибирь?
М.: (03,44) Ну, там можно было… Не вынужден был уехать, там можно было 3 километра отойти в сторону и работать даже в этой самой (неразб). Вот, ну я потом уже подумал, что у меня еще семья, мать и братья остались в Сибири, что я поеду к ним. И уехал туда, в самую Сибирь к ним.
М.П.: (04,05)  А братья остались, живут там в Сибири, да?
М.: (04,08) Нет, сейчас никого нет.
М.П.: (04,10) Но они жили там,да?
М.: (04,11) Там жили. У меня сейчас брата семья оставшись, там племянники мои оставшись. А они с женой оба умерли. Вот, сюда потом меньший брат приехал, отсюда попал в армию, отслужил в армии, пришел, женился, и вот сейчас 2 года тому назад тоже, как умер. Из шести братьев я остался один, средний. Остальные все умерли. Так что вот такая наша судьба. Мать умерла здесь. Сыны умерли… Сын умер здесь.
М.П.: (04,51) На кладбище в Токсово похоронены?
М.: (04,52) Похоронены. Мать похоронена, старший брат похоронен, сын похоронен, жена похоронена.(05,01)
М.П. (04,59) А расскажите, пожалуйста, а в деревне Киурумяки сколько домов было?
М.: (05,06) 36 домов.
М.П.: (05,08) А человек? А человек примерно сколько?
М.: (05,12) Я  точно сейчас не могу сказать, сколько там, это самое, людей. Но в среднем можно считать, что где-то 4 человека, наверно, в семье было. Потому что много было таких, что где было по 6-7 ребят, и взрослые там. Вот нас было тоже 6 братьев. И таких домов, я знаю, что было три там, это самое, прямо рядышком. 18 парней (неразб), ну такие маленькие еще тогда были. Так что я считаю, что, наверно, в среднем 4 человека в семье…
Ж.: (05,54) А Ваши родители были крестьянами?
М.: (05,56) Крестьяне, да. Они всю жизнь на земле работали. Работали в колхозе последнее время, пока не (неразб). Не платили деньги колхозникам. Вот только (неразб). Когда получали за них что, а когда и ничего не получали. Были годы, что и ничего не получали. Бедные.. Вообще, бедные. Бедно жили. То, что свое было, там это самое все. Колхозников не пускали никуда, в город на работу не устраивали никуда, а в колхозе деньги не платили. То, что было свое хозяйство, этим и жили, продавали молоко, там это самое, картошку в город возили и все, этим жили. Ну, ягоды мы ходили вот в полигон собирали летом там, и грибы. Тогда было очень много там ягод было и грибов было много, потому что из города тогда не ходил никто. Никто не ходил. Тогда дачников эти если были у кого, так они жили так, что им принеси и все. А сами они не ходили, даже в сад не пошли сами. Они были действительно, как говорится, как дачники. А сейчас ходят все, к каждому кусту, больше людей, чем ягод.
М.П.: 07,24 Давыд Давыдович(?), простите, а когда Вы впервые услышали о Койранкангасе? То есть о расстрелах, о событиях
Д.Д.: (07,31) Когда впервые я услышал? Ну я, как вот сейчас начинаю помнить хорошо, так этот самый, наверно, мне был где-то лет может быть уже 8-10, да. Ну, у нас на горе был клуб там, это самое, ну и там иногда показывали кино, там танцы были. Вот мы ходили туда. Ну и вот там уже этот самый, разговоры были уже, старшие там разговаривали, и все. И потом оттуда видно было хорошо туда. Когда, этот самый оттуда если вечером уже попозже, так темно, машины оттуда и шли, со стороны Всеволожска, вот останавливались там, вот свет погасили, а потом через малое время слышны были выстрелы, и все. Сделали свое дело, повернули обратно. Машины включили... В эту сторону они не ехали, они обратно поворачивали. Вот с тех…
М.П.: (08,28) Видны были фары, а вот днем?
М.: (08,32) А днем это… Днем это не делалось, потому что днем ходил туда народ. Хоть это было и запретной зоной, но все равно ходило народу полно, кто за ягодами, кто куда, это самое, и всё. Так что днем эти дела не делались, это обычно делались где-то там часов в 10, наверно, вечера.
Ж.: (08,52) А что говорили взрослые тогда?
М.: (08,54) Ну что говорили? Когда вот я помню, мы ходили туда, этот самый, пришли, и сказал я там отцу, и там многие еще были, вот Иван Петрович (?), сейчас его нету, и еще был Лангинен(?), мы ходили.. Приходим и говорим, что там нашли людей убитых, там закопаны, там головы видны, там это всё. Ну, они пошли, этот самый, взяли лопаты и пошли, вроде, выкапывать там, смотреть, что там есть. Ну, действительно (неразб). Они пришли к полигонскому сторожу и говорят, что вот там и так. А тот взял, позвонил в Пороховые, в город, вот. А им говорят, что убирайтесь оттуда, чтобы вашей ноги там не было, а то и сами будете там. Вот такие были ответы. И больше того, все стали бояться, раз были предупреждены. И дома сказали, чтобы рот не открывали на это дело, а то.. В то же время не смотрели, забирали, присудили и всё, с концами. Вот такие…
Ж.: (09,56) А в Вашей деревне кого-нибудь арестовывали вот тогда, в Вашем детстве? Вы не помните таких случаев?
М.: (10,02)  Арестовали, арестовывали, да. И прямо были даже случаи вот там одной семьи.. Вот Хайгонен вспоминали, они где-то об отце(?)… Ихнего отца, он был бригадиром колхоза, прямо в собрание колхоза пришли, приехали на "черный ворон", забрали, и по сей день.. Были там многие еще другие, которых забрали. И так никто с тех пор и не знает… Никто, где они. Забрали.
М.П.: (10,35) Это какой год был примерно?
М.: (10,38) Наверно, 36-й. Да, наверно, 36-й.
М.П.: (10,44) А Вы вот там нашли тоже могилу, какой это год был? Тоже примерно 36-й?
М.: (10,49) Это было уже позже. Это уже позже. Но мы-то лазили там, это самое, часто. Может быть, в тридцать… в каком году… да, в 36-м году, наверно…Мы там лазили, и еще снарядом взорвались там. Четверо мы были братья, я рассказывал, там это самое, нашли там какой-то запал, взорвали там, ранились крепко, там руку, ногу оторвало, в лоб попало, четырнадцать суток лежал без памяти. Так что мы там лазили, там эти речки были, мы там рыбачили, там была рыба.
М.П.: (11,35) Ну, не натыкались на траншеи, не видели?
М.: (11,37) Да, было это, это не только мы. Если кто, там и не только, и старшие деревни, а там с деревни и (название неразб), и там знали, это самое, все. Все люди, которые здесь вокруг или поблизости жили, все они знали прекрасно, что там творится. Все знали.
М.П.: (11,57) Ну, а немного народу вернулось из ссылки?
М.: (12,01) Из ссылки? Ну, я не знаю. Из нашей деревни, по крайней мере, я знаю, что очень мало. Очень мало. И которые постарше, так они все умерли, никого нет. Даже вот с моих годов там с 25-го, с 26-го, и то очень мало. Я знаю, может быть, семей две или там три, которые вот вернулись, и сейчас их  тоже уже почти нет. Ну есть вот это Федоровы сейчас, и вот  (неразб), что мы пойдем, (неразб), вот она осталась, и потом Катя в Петрозаводске и младшая дочка в городе их должна сестра жить Варя. Ну и в (неразб) есть парень один, который из нашей деревни..
М.П.: (13,01) А он какого года?
М.: (13,03) (неразб)? Он тоже моложе меня, я не знаю точно, какого года, но он молодой (неразб). Он молодой.
Ж.: (13,11) А эта территория охранялась, да?
М.: (13,13) А он и сейчас охраняется, это ж полигон. Это полигон еще с 18 года считается. Он не то что охраняется, но там вообще написано: «Запретная зона», нельзя ходить. Да хотя и охранялся, там были сторожа. Как раз на перекрестке, где мы поворачивали сюда, тут был этот самый дом, и там сторож стоял, и там узкоколейка шла по краю, и всё. Да, охраняли. Даже были случаи, теткам даже соли по ногам стрельнули, чтоб не ходили туда. Были и такие случаи, да.
М.П.: (13,53) Сейчас ОМОНом охраняется.
М.: (13,56) Ну, сейчас-то я не знаю. Сейчас там, по-моему, они не очень-то охраняют, но военные там есть все равно, вот. От  этого, где мы поворачивали, оттуда, как ехали, поехали в Кузьмолово, так с правой стороны, там на горе военные сейчас стоят, там Школьное озеро
М.: (14,14) У озера. Там много
М.П.: (14,15) Много на горе военные сейчас стоят, да.
Ж.: (14,20) А запретную зону Вы помните эти надписи «Запретная зона»?
М.: (14,24) Так они и сейчас, наверно, есть. Они и сейчас кое-где сохранившись. Если не там, тогда был полигон был уже, а сейчас его расширили, он был здесь уже сейчас до самой (неразб), да. Ну вот, так что они, наверно, есть еще кое-где оставшиеся, да. Там местами проволокой загорожено. Этот самый есть вот.. Даже с Кузьмолово когда едете, там есть с правой стороны, и потом есть вот сюда от (неразб) в сторону (неразб), там было, и очень даже длительные такие периоды  были длинные расстояния огорожены, в три ряда, по-моему, там проволоки было колючей. Вот так.
Ж.: (15,09) А выстрелы Вы слышали днем? Там проходили какие-то учения?
М.: (15,12) А выстрелы-то постоянно. Мы даже убегали из дома, не то, что слышали. По ошибке, в другой раз, как в начале, это самое, стреляли, мы жили на самом краю..
М.П.: (15,21) неразб.
М.: (15,22) Мы убежали, убегали из дома, чтобы не попало. И там были случаи, которые , это самое, убивались, попадали под это самое, выстрелы, и всё. Много даже было таких случаев. (пауза 15,36 -15,40).
Ж.: (15,40) А ночью слышали выстрелы вот эти вот..?
М.: (15,45) Слышали, конечно. Что ж, не слышать. Да там лесу там почти не было, там было это самое, кое-где так и всё, а сейчас (неразб).
М.П.: (15,54) Ружейные выстрелы?
М.: (15,55) А?
М.П.: (15,56) Именно ружейные выстрелы, да? То есть расстрелы?
М.: (15,59) Да, это тоже было слышно всё. А эти снаряды, они,  днем и ночью они стреляли. И днем и ночью.
М.П.: (16,06) А во сколько?
М.: (16,07) В полдесятого утра начали стрелять, и стреляли, по-моему, до пяти или до шести часов. Потом перерыв, а потом ночью начали стрелять, это тоже слышно было очень хорошо. Ну, рядом совсем. У нас через крышу прямо на крыльцо попал снаряд, и он, наверно, и сейчас там стоит. Я ложился, там были такие вот такие, снаряд длиной, ну вот такой, вот толщина такие снаряды. А и сейчас, наверно, лежит, так он там остался. (неразб)
М.П.: (16,42)А сколько километров вот от деревни до места расстрела примерно?
М.: (16,49) Ну, сколько там, это самое, если так напрямик (нерзб), то, может быть, километра три.
Ж.: (17,00)Вы никогда не видели, чтобы туда днем привозили людей, да?
М.: (17,04) Нет, днем туда не привозили. Я говорю, что потому что, и с той стороны деревни были, и с этой стороны, и народ ходил, как бы это не запрещено, потому что жили-то люди, в основном, ягодами, и всё. Они ходили туда. Днем туда никто, по-моему, не видел, чтобы..
М.П.: (17,19) То есть видели только фары, шум машин, да?
М.: (17,21) Видели только, это самое, вечером (М,П,: и выстрелы, да?) Ну, а потом, когда обнаружили, увидели, что, да…
Ж.: (17,33) Та площадка, на которой вы, может быть, находили тела убитых людей, она как выглядела, Вы не помните? Эта была большая поляна?
М.: (17,42) Нет, это не поляна. Это песчаный такой, знаете, этот самый плот, песчаное такое место, довольно ровное. Ну, и там осинник такой, мы там ходили. Там брусники было много и грибов. Мы ходили вот за этой брусникой и за грибами. Ну, такой вот, как до потолка, осинничек, это самое, тогда был, вот. Ну, а сейчас-то не узнать ничего. Мы были, так не узнать ничего. Все заросли.
М.П.: (18,12) Вот посмотрите, пожалуйста. Вам не напоминает вот эта панорама вся это место? Это все снято на одном месте. Вот эта дорога - это не Койранкангас?.
М.: (18,26) Да, нет, трудно. Трудно так. А когда это снято?
М.П.: (18,29) (неразб) Снято две недели назад.
М.: (18,32) Две недели назад?
М.П.: (18,33) Нет, ну, может быть, месяц
М.: (18,38) Кто его.. Я и сейчас не могу вот так.
Женский голос.: (18,42) Очки возьми.    \
М.: (18,44) Да не то, что очки, это самое всё..
М.П.: (18,46) Вот эта дорога, обратите внимание. Это пустошь, поросшая вереском.
М.: (18,55) Ну, это не доезжая. То есть, не доходя, где мы с вами останавливались.
М.П.: (19,00) Нет, немного не доходя. Чуть-чуть.
М.: (19,01) Немножко не доходя. Немножко вот что-что похожее есть.
М.П.: (19,04) Это вот здесь, почти на углу.
М.: (19,06) Да, но это здесь..
М.П.: (19,08) Вот здесь дорога на Лепсари, вот здесь вышка, и вот мы с вами вот здесь. Вот болото, и вот Вы эти места показывали мне. А эта дорога вот здесь. Вот эта дорога, которая на (неразб), вот. Это вот эта точка. Чуть-чуть..
М.: (19,27) А речка здесь где должна проходить.
М.П.: (19,28) Нет, а речка вот здесь вот ближе, ближе туда, ручей.
М.: (19,32) Ну, ручей, это самое. Ну, где-то вот в этом месте вот, где-то вот в этом месте. Точно сейчас… Очень много прошло время, вот, очень много. А ведь леса-то они… Тем более лиственные леса, они растут и меняют место. Я дом свой этот самый, останавливались еще, и не могу узнать. И недавно я там был, лет, наверно, шесть тому назад. Так заросший, что не видать ни фундамента, ничего. Густой такой, это самое, ольшаник, что ничего не понять. И вот ехали, я говорю, что деревня, кому ни скажи, скажут, что никакой деревни тут не было никогда. Все так переменилось.
М.П.: (20,16) Фундаменты растащили все, да?
М.: (20,18) Фундамент и что было там, камень этот самый, ямы, погреба, все это растащили, когда в начале перестройки, все это на фундаменты растаскали, да. Ничего там нет. Хотя там хороших фундаментов мало было, конечно. В то время, может быть, какие-то были хозяева, 5-6 хозяев, которые хорошо жили. У них лучшие там дома и фундаменты были. А в основном так это, знаете (неразб). Не было ни цемента, ничего, не сделать так, как сейчас.
Ж.: (20,55) А страшно Вам не было после того, как Вы узнали, что там, может быть, людей расстреливают или кого-то убитого нашли, туда ходить?
М.: (21,03) А Вы знаете, мы..
Ж.: (21,06) Или наоборот, интересно?
М.: (21,07) Мы не видели вот точно так прямо и все. И поэтому, а что нам пацанам, безо всякого такого особого внимания. Если бы мы видели прямо, как это делается все на глазах, может быть, и было бы страшно, а так нет. И но страшно было и вот, скажем (из деревни) Лепсари, рассказывали, они ходили в церковь нашу, там девушки, поздно которые ходили, боялись проходить мимо этого. Ну мы-то не ходили.
Ж.: (21,37) А нужно было пройти мимо?
 М.: (21,39) Ну вот как раз по дороге и шли, а потом поворачивали влево в свою деревню. Они говорят, что страшновато ночью идти, вот. Но мы не ходили туда ночью.
Ж.: (21,55) То есть там можно было пройти мимо вот как раз того места?
М.: (21,58) Как раз мимо этого идешь, с левой стороны остался вот где это самое убивали, и немножко дальше и поворачивали в Лепсари туда дорога. Оттуда ходили в нашу Токсовскую церковь люди ездили, и так к знакомым ходили все.
М.П.: (22,18) То есть это в пределах 100 метров от дороги было, да? В сторону? От бетонной дороги не более 100 метров, да?
М.: (22,24) Да, не более, не более. Но это было… Вот я хотел еще раз туда съездить сам просто, вот мы с племянником хотели. Думаю, что если была бы возможность, еще поточнее посмотреть все.
М.П.: (22,43) А Вы знаете, мы недавно туда ездили на  машинах. Сейчас-то проехать можно.
М.: (22,47) А с (неразб) можно. Мне племянник говорил тоже, что можно объехать этот самый, где был выкопан..
М.П.: (22,57) Сейчас грунт мерзлый более, в ближайшие ..
М.: (23,02) Но он говорил, что объезжал, туда ездил.
М.П. (23,04) Можно, можно.
М.: (23,07) Не знаю. Мы собирались же с ним ехать, но ему некогда все. Он сейчас в церкви работает в (неразб). Он там работает хозяйственником, и там приезжают финны и все, ему надо быть там, чтобы.
М.П.:(23,24) А это в кирке, да?
М.: (23,29) Да, там работает. Надо встречать людей, чтобы отвели их в гостиницу или куда-то.
М.П.: (23,35) Если машина подвернется, я Вам позвоню, приеду. Если у меня приятель сможет поехать, Вы поедете со мной?
М.: (23,42) Поеду, еще раз поеду. Мне самому интересно.
М.П.: (23,46) А Федора Вы видели. Федор же ездил с нами, Вы его видели. Помните, Федя?
М.: (23,50) Да.
М.П.: (23,51) Ну, вот. У него машина есть, он ее должен исправить.
М.: (23,54) Да, поеду, мне-то что.
Женский голос: (23,55) А который здесь копает картошку? Он здесь садит картошку?
М.П.: (23,59) Нет, здесь это его приятель, за рулем сидел приятель, а вот рядом с ним сидел второй.
Ж.: (24,04) А не может быть так, что это было только один раз? Например, расстреляли какую-то группу людей и захоронили, а после этого вообще не было? Или это было постоянно?
М.: (24,12) Нет, это не один раз. Это не один раз. И это не было только, что это был только 36 год. Это было уже давно до этого. Потому что об этом есть книга. В Финляндии еще писали эти книги, которые мы еще и не знали, а уже там писали эти книги. Люди, которые бежали в Финляндию и все, и видно, они все знали, и сказали, и это было уже давно известно. Так что, по слухам оно начинается не только с 36, а очень намного раньше.
М.П.: (24,45) А вот кто постарше Вас, вот (фамилия неразб)?
М.: (24,50) Да.
М.П.: (24,50) А еще кто-нибудь старше Вас? Кто мог бы более..
М.: (24,54) Больше здесь нет.
М.: (24,55) Да? А вот Ахокас (?), она какого года?
М.: (25,00) Хилда? Она младше меня.
М.П.: (25,01) Она младше Вас, да?
М.: (25,02) Да. Есть только вот Арикайнен(?) этот самый старше. Да, она, наверно, лет пять…
М.П.: (25,11) А Хайгинен(?) неизвестно, жива или нет? Никакой связи с ней нет?
М.: (25,14) Хайгинен (?) не знаю, не знаю. Я ее видел это лет, наверно, 10-12 тому назад. Она к нам приходила, когда я еще… Даже больше, мать еще у меня была жива. Это лет, наверно, уже около 20, да. Так что не знаю. Все разбросаны так, что трудно найти сейчас, кто где. Живут, мои вот братья живут и в Петрозаводске живут, и в Красноярске живут, и за Красноярском живут, и все. Так что все разбросано.
Ж.: (25,55) Журналисты к вам приходили тоже, да?
М.: (25,58) Приходили журналисты. Приходили. Из Петрозаводска приходили. Потом Крюков приходил с Ленинграда два раза. С ним мы ходили туда, в деревню нашу, это самое там были с ним.
Женский голос: (26,14) А потом с Финляндии приходил..
М.: (26,17) А потом с Финляндии приходили, да, тоже. Да, были.
Ж.: (26,23) Из Финляндии приезжали просто записывать какие-то ваши рассказы о жизни в деревне этой или о..
М.П.: (26,28) О судьбе этой деревни?
М.: (26,30) Да, в основном, это самое как жили и так далее все.
М.П.: (26,35) Простите, а вот в обществе Инкерин Лийто могут кого-нибудь подсказать, кто жил, какие-нибудь адреса, может быть, пожилых людей, которые могли это видеть эти события на Койранкангасе?
М.: (26,47) Да я не знаю, если вот узнать, кто живые есть еще из старших и даже с моего возраста. Я знаю, что и Люба, и каждый может подтвердить и знает, потому что это знали и все. Только единственное, что тогда боялись, говорить нельзя было. А знать, там знали. И в соседних деревнях. Они же были почти так это самое, вроде того, что видно было и слышно. Да. Так что вот .. это не то, что там какое-нибудь… вранье.
Ж.: (27,24) Нет-нет. Как они ездили, и как (неразб), а потом уже его в 52 году как сняли, в 52 году забрали в армию. Вот, у меня дочка уже родилась, а его забрали. Он во Владивостоке служил. Вот, это вовремя службы. Вот, ну.. конечно, очень тяжелая жизнь. Почему он ушел рано, в 65 лет? Потому что все здоровье было угробленное. Приехали сюда, здесь нас еще сначала и не прописывали. Очень долго волокитились: и в «серый дом», и везде облазили с ним, хлопотали, пока разрешили нам прописку. Устроился он в ЖБИ работать, вот, на железобетонный завод, и тогда только вот дали участок нам, и мы в 58 году начали строиться. И вот, вот это наши дома..
(28,25) Новый кадр в следующем доме.
М.: (28,27) На новом месте, да, заново, ага. (неразб). Конечно, с тех пор и не видели друг друга. (неразб.)
Женск.голос: (28,46) Ничего страшного.(неразб)
М.: (29,03) Ее сестра в (неразб) живет тоже.
М.: (29,08) А две еще в Якутске.
Ж.: (29,09) А две в Якутске. Ну, они так и остались.
М.: (29,11) А кто в Якутске остался?
Ж.: (29,13) Две сестры младшие: Люба и Люся.
М.: (29,16) Лю?
Ж.: (29,17) Люба, Люба. Люся.
М.: (29,19) Люся, а Любу не помню.
Ж.: (29,23) Любу не помнишь?
Ж.: (29,24) Не помнит.
М.П.: 29,25) А в (назв.неразб) сестра какого года рождения? Она старше Вас?
Ж.: (29,27) Она с 23го.
М.: (29,29) Она с 23 года, да.
Ж.: (29,36) Она с 23го, а я с 27го, а Люба с 33го, а Люся с 36го, младшая сестра. Четыре сестры осталось. Три брата было..
М.: (29,45) (неразб)?
Ж.: (29,48) А умер, умерли уже давно, в 58 году это.
М.: (29,56) ?-то молодой был..
Ж.:  (29,59) 35го он, он аварийный случай на стройке. Ему было 35 лет.
М.: (30,06) Вот оно что..
М.П.: (30,09) Простите, мы из общества «Мемориал». Мы вообще занимаемся вот историей расстрелов на Койранкангасе, знаете, там вот.
Ж.: (30,16) А, это кости, когда мы по ягоды ходили.
М.П.: (30,20) Да, вот это мы бы хотели Вас спросить. Хотели, чтобы Вы вспомнили об этом.
Ж.: (30,30) Помню я, когда по ягоды ходила, мы через эти песчаные пески проходили, там могилы были. Волки таскали эти кости, во все.. череп и кости всякие разные. Это все я видела.
Женский голос: (30,45) Каждый человек скажет, раз это было так.
Ж.: (30,47) Это было. Что было, то было.
М.П.: (30,54) А Вы бы вот не могли бы посмотреть фотографии?
М.: (31,03) Это сейчас снято там, где это самое..
М.П.: (31,05) Это вот 2 недели назад снято там. Вот, пожалуйста. Это похоже на Койранкангас? Это это место, да, где Вы бруснику собирали?
Ж.: (31,19) Слушайте, ну теперь не помню, столько лет прошло.
М.П.: (31,22) Не помните, да? Панорама не говорит Вам ни  о чем?
Ж.: (31,24) Я знаю, от дороги она там почти кустарник есть рядом там тоже есть, а что теперь твориться? Это до войны.
М.П.: (31,32) Ну, понятно. Но это от дороги далеко? Сколько метров от дороги примерно?
Ж.: (31,36) От дороги недалеко.
М.П.: (31,38) Ну, как? Метров 100, да?
Ж.: (31,40) Ну, может быть, 100, а может, больше, не знаю.
М.: (31,43) Нет, больше там не было, да.
Ж.: (31,44) Ну, до дороги недалеко, как направо, по правой стороне пойдешь, и там после эта морошка росла.
М.: (31,54) Морошка, морошка росла с правой стороны, а
Ж.: (31,57) Да, да, с правой стороны, да, морошку..
М.: (32,00) Я был там, я им показывал.
Ж.: (32,02) Морошку мы собирали через это там песчаное место, где это, ну были эти кости валялись..
М.: (32,08) Да-да-да.
Ж.: (32,09) Могилы такие полукопаные, полузакрытые.
М.П.: (32,12) То есть, это было очень неглубоко? Очень неглубоко?
Ж.: (32,14) Нет, нет, эти кости рыли уже волки и вытаскивали их оттуда. Они валялись по всему песку там.
М. в шляпе: (32,22) Иван говорил, как он, называлось это место-то.
М.: (32,25) Койранкангас, собачье кладбище, если перевести на русский язык.
М.в шляпе: (32,31) Койранкангас, да. Иван Федоров, покойник, говорил. Он хорошо знал.
Ж.: (32,43) А после войны я там не была. Я не знаю, что там.
М.: (32,48) А ничего там не было.
Ж.: (32,50) Ничего там не было. Наши ходили, а я даже не была. Я одна как ездила, так я одна. Потом наши попали туда, их в пороховой забрали, без документов, чуть не арестовали. Почему пошли? Запрещенная зона там, там ходить вообще не положено, стрельба и все такое, полигон.
Ж.за кадром: (33,11) Это в каком году было? Вот что вас чуть не арестовали?
Ж.: (33,16) Не меня, а братья. Братья ходили. Когда ездили в отпуск, они приезжали сюда и там, там же есть охрана. Они там сидели, поддавали, а вдруг услышали голос, подошли: Почему вы здесь? - А мы приехали на родину, посмотреть, где мы жили, где мы родились, и вот сидим здесь. А это было в июне как раз, день рождения моей старшей сестры, которая живет в Хитолово (?). Они там сидели маленько все, документов нет. Кто вы такие? Забрали. Одного отпустили за документами, остальных забрали в Пороховые увезли.
М.: (33,56) Они не в Пороховые тогда возили, а возили в это самое, на Ржевку возили.
М.: (34,03) В Ржевку, в Ржевку.
Ж.: (34,05) Куда-то увозили.
М.П.: (34,09) А Хитолово(?) это где?
М.: (34,11) А Хитолово(?) это (неразб).
Ж.: (34,13) Нет, станция Сельки, Хитолово, деревня Хитолово.
Ж.: (34,18) Три километра.
Ж.: (34,19) Три километра.
М.: (34,22) А ее сейчас фамилия как? Она же не (неразб)?
Ж.: (34,26) Хампу(?).
М.: (34,27) Хампу(?).
М.П.: (34,28) Анна, да, ее зовут?
Ж.: (34,32) Анна, да.
Ж.: (34,34) А как вас зовут?
Ж.: (34,35) Меня Хилда Матвеевна.
Ж.: (34,36) Хилда Матвеевна?
Х.М.: (34,38) Да.
Ж.: (34,39) А фамилия?
Х.М.: (34,39) Ахокас(?)
Ж.: (34,40) Ахокас?
М.: (34,41) Ахокас.
Ж.: (34,46) А родители Ваши что-нибудь говорили об этом месте, об этих расстрелах?
Х.М.:(34,52) Они, ну что они скажут? Что они видели тоже, что и мы видели. Знали, что там расстреливали. Ночью приезжали машины, свет горит, и видны, мы на бугре жили, когда эти, дорога от нас очень близко, через нашу деревню шла на эту, на Ладогу. И там возили эти машины (параллельно идет другой разговор), и там расстреливали, сами копали даже ямы, заставляли. Люди, которые видели, были очевидцы, которые говорят. И потом расстреляли их, неглубоко зарыли, потом  их позакопать и уйти. А кого там расстреливали, Бог его знает.
Ж.: (35,47) А вот эти вот кости на песке Вы сами видели, да?
Х.М.: (35,51) Я видела собственными глазами, мы же через них идем, а они валяются везде. Могила на могиле, яма на яме, и там кости, волки таскают их с могил.
М.: (36,05) Звери какие-то там были
Х.М.: (36,07) Волк, волки там были же.
М.: (36,11) Волки, и медведи были даже тогда.
Х.М.: (36,16) Вот так вот. Такие воспоминания.
Ж.: (36,21) А как Вы думаете: каждую ночь это делали? Привозили людей?
Х.М.: (36,26) Нет, каждую ночь не могу сказать, но часто видели, когда это самое вечером выйдешь на улицу, там свет горит, машины идут, свет гасят.  Машина останавливается, и через какое-то время потом уезжают.
Ж.: (36,41) А стрельбу слышали, вот выстрелы?
Х.М.: (36,44) Нет. Это порядком от нас. Только виднеется то, что..
М.: (36,49) (неразб) Там коней пасли
Ж.: (36,53) И дорога, хорошая дорога шла туда, по этой дороге везли. И останавливались на дороге машины, там их привезут, и пока фары горят, в темное время виднеется, а потом исчезает. Да нас это не интересовало, нам это знакомо было уже не один раз. Это уже нас не интересовало. Мы, тем более, ребятишки, нам нужна ягода. Где болото, где какая ягода растет, а что кости валяются, так Бог с ними, пусть валяются, чьи они там. Вот так.
Ж.: (37,33)  А вы одни туда бегали, ребятишки? Взрослые с вами не ходили?
Х.М.: (37,36) Ходили, почему. Моя сестра ходила. Когда братья, когда выходной день, они там ягоды собирали. Там ягода же росла.
Ж.: (37,47) Брусника, в основном?
Х.М.: (37,49) Брусника, голубица, малина росла около речушки, потом клюква осенью, морошка весной.
М.: (37,58) Да там всякие ягоды.
Х.М.: (37,59) Да, всякая ягода там.
Ж.: (38,01) А днем эта территория не охранялась, да? Не было там постов каких-то военных?
Х.М.: (38,06) Туда вообще было запрещено. Мы туда не ходили, там было запрещено. Поймают если… Даже ягоду раз отобрали вместе с корзинами.
Ж.: (38,17) Да? А кто отобрал? Военные?
Х.М.: (38,19) Нет, это был сторож, ну, который наблюдал за порядком, чтобы не шли туда, потому что там стрельба шла целый день. В каком месте когда, там неизвестно, там же снарядов полно лежит, которые целиком на земле остаются. Там могут ребятишки лезть, и там покалечились, было много случаев тоже.
Ж.: (38,49) Да.
Х.М.: (38,51) Запрещенная зона вообще.
Ж.: (38,53) А родители не говорили вам, что туда нельзя ходить? Или наоборот?
Х.М.: (38,56) Родители, родители нас не гнали, но они знали, что опасно, осторожнее ходить. Если идешь, то .. Кое-где, положим, там где не запрещено, там бояться нечего. А когда уже идешь украдкой от сторожа, обходишь его дом, не по дороге идешь, то он может заметить или услышать, у него есть бинокль и смотрит, кто там ходит. Набрали ягод, и он подойдет и отберет ягоду у тебя. Потом отец ходит за корзинами и просит, знакомы же, недалеко от нас, и отдаст.
М.П.: (39,37) Простите, а вы не можете вспомнить кого-нибудь еще, Ваших ровесников, кто мог бы вспомнить? Кто живой, кто может  что-нибудь рассказать?
Х.М.: (39,47) Здесь моих ровесников у меня, например, ровесников у меня здесь нет никого. Сестра вот, которая живет…
М.П.: (39,57) А сестра себя чувствует как? Ничего?
Х.М.: (40,01) Ну, болеет, но она лучше, чем я. Она меня старше, но она лучше все-таки. Здоровье у меня плохое.
Ж.: (40,12) А вы тоже были в ссылке, да?
Женский голос: (40,15) В Якутии.
Х.М.: (40,16) В Якутии с 42го по 77й год.
М.П.: (40,20) 35 лет.
Ж.: (40,21) По 77й?
Х.М.: (40,23) По 77й. В 77м я приехала в октябре месяце.
М.П.: (40,26) А в Якутии в каком месте?
Х.М.: (40,28) В Якутии? Были на Дальнем,  Дальний север считался, а (неразб) на 70 км сюда ближе от моря. Титары(?) поселок (неразб) район. Девять лет мы рыбачили, а потом я приехала в Якутск уже, центр, Якутск этот. И там я работала на мебельной фабрике 27 лет почти.
М.П.: (41,00) То есть Вы уехали туда подростком, Вас выселили, да?
Х.М.:(41,04) Мне было 15 лет.
М.П.: (41,06) 15 лет. Вся жизнь прошла в Якутии, в основном, да?
Х.М.: (41,10) Да. Я уже на пенсию когда ушла, уехала оттуда. Приехала в 15, уехала в 50 с лишним. Хорошего.. В войну было очень тяжело, потому что везде  кругом.. После было жизнь лучше стала. Потянуло сюда приехать, не знаю. Приехала, вот живу 20 лет уже здесь. В 77м, в октябре. Сегодня какое число?
М.П.: (41,52) Семнадцатое.
Х.М.: (41,54) Как раз когда я приехала.
М.П.: (41,55) 21 год, да?
Х.М.: (41,57) 21 год.
Ж.: (41,58) А Вы одна приехали?
Х.М.: (42,01) Одна. Приехала я вдвоем, потом он хотел обратно уехать и уехал. От собачьей жизни(?) разбежались, хорошего мало.
М.П.: (42,29) неразб
Ж.: (42,45) Хельга Матвеевна, Вы не можете посмотреть на меня?
М.П.: (42,56) Вспышку делаете? (Следующий кадр)


                                                                     



Комментариев нет: