Протоиерей Михаил Резин: «Выход из любой ситуации обязательно найдется!»
Автор: administrator от 24-06-2013, 13:51
Россия переживает непростое время. Так бывало и раньше. Но всегда находились люди, которые своей жизнью, своими повседневными подвигами выводили ее из самого, казалось бы, безвыходного положения. С одним из них – отцом Михаилом Резиным, беседовал корреспондент журнала «Шестое Чувство» Борис Золотарёв.
– Отец Михаил, расскажите о себе.
– Родился в Самарканде в 1951 году. Потом переехали в Удмуртию. Окончил Машиностроительный техникум. Служил в армии, на Дальнем Востоке. Потом поступил в Свердловский университет на исторический факультет. Окончив его, работал преподавателем истории. Женился, поступил в московский Литературный институт. Преподавал историю и эстетику. С семьей переехал в Ижевск. Что-то писал, издавался. В 1989 году приняли в Союз писателей. Впоследствии около года жил эмигрантом в Германии, с женой и четырьмя детьми. Затем родился пятый. Материально жили неплохо, но вскоре возникло ощущение нереальности собственного существования. Колбасы много, но душа… Душа затосковала. Я сразу это ощутил. И когда я это понял, то мы вернулись. В Германии принял твердое решение – стать священником.
– Вернуться из благополучной Германии в Россию девяностых годов, это же для многих эмигрантов настоящий подвиг!..
– Скорее, это подвиг моей жены. Для женщины очень сложно отказаться от налаженного быта. Представьте, Западная Германия, земля Саарланд. Вид на жительство, квартира, машина – ну все как у цивильных людей. Пособия на детей получали замечательные. За один год получили на детей столько, сколько за всю жизнь нам здесь не заплатят! Когда я принял решение возвращаться на Родину, многие посчитали меня сумасшедшим, до сих пор не могут успокоиться: «Ну, отец Михаил, ну чего с него взять, с приветом человек, понятное дело. Все за кордон рвутся жить, а он вернулся! И куда? В Ардатов – грязный захудалый городишко! В Россию!». В 1992 году в Ардатове днем с огнем не сыщешь самого элементарного! Туалетной бумаги не было, да что там, туалетной бумаги! Представьте только, приехал я из Германии на Белорусский вокзал… Вечер, какие-то коробки повсюду валяются, мусор, оркестр духовой для кого-то играет. И жуткий ветер, состояние у меня, мало сказать, какой-то совершенно дикой нестабильности. И сейчас этой нестабильности хватает, но тогда… Советский Союз рухнул, не стало его. Какие-то разборки между республиками...
«Утешил» меня немного покойный владыка Николай Нижегородский и Арзамасский. Встретился я с ним, рассказал о себе, объяснился: так, мол, и так, есть у меня опыт жизни на Западе, если благословите, то… И вот 26 апреля 1992 года, как раз на Пасху, он меня рукоположил в священники. «Вы куда поедете?». А для меня все незнакомо. Предложил: в Ардатов, может, поедете, посмотрите? Так я и приехал сюда. Поселился в небольшом приходском домике, достаточно убогом. Посылаю телеграмму жене, она приезжает…
М-да, слез было много пролито… Но… вот уже пятнадцать лет прожили, и не жалею. Ей, конечно, все тяжело достается, так что она герой больше, чем я, много на ее плечи навалилось. Но я вижу духовное обоснование тому, что случилось, поэтому считаю, что все произошло правильно.
– А почему было бы не стать священником в Германии? Там же есть Русская Православная церковь?
– Мне предлагал там служить германский владыка Марк. И знаете, мне показалось лукавством – остаться там служить. У немцев все устроено, отлажено. Социальные службы работают как часы. Бомжи получают пособие, которое больше, чем зарплата у наших профессоров.
Очень болело сердце за Россию. И поехал я на родину потому, что там «все плохо». Владыка Николай меня понял. Человек он был очень мудрый. Смотрю я на мир, смотрю на Запад. Иногда езжу туда туристом и ни разу не пожалел… хотя наша жизнь настолько непредсказуема... Но я твердо знаю – во всем, что бы ни случилось, всегда присутствует Промысел Божий. Человек – существо духовное и жить должен духовной, а не материальной жизнью.
Я со многими немцами общался и дружил, но – не хочу их обижать – они совершенно не способны понять, зачем в жизни еще и какие-то духовные усилия прикладывать. Живешь себе и живешь, и есть у тебя все для того, чтобы считать себя счастливым человеком – работа, зарплата приличная. На отпускные можешь поехать отдыхать куда угодно, хоть на Майорку. Все нормально! Что еще надо человеку!?
Они неплохие люди, нет – общительные, доброжелательные. Но у них начисто отсутствует такое понятие, как духовная подоплека происходящего. Они этого просто не понимают...
Там, за рубежом, за всем видимым, внешне блестящим миром, я обнаружил такой провал, такую духовную бездну! Духовной перспективы никакой. Меня как-то поразили слова одной семидесятилетней немки, приехавшей из Казахстана. Она сидела на скамейке, был удивительно красивый вечер, и она сказала, разговаривая сама с собой: «Да, чтобы найти рай на земле, нужно приехать в Германию, но если ищешь Царства Небесного – нужно вернуться в Россию». Понимаете? Потому что рай на земле совершенно не стыкуется с Царством Небесным. К чему мы здесь стремимся, по большому счету есть цели ложные! Я не скажу, что они на сто процентов гибельные, но – ложные.
Условия жизни на земле можно улучшать бесконечно, можно стать этаким Бытоулучшателем. Кто против?! Однако если человек постоянно думает о том, что сегодня у него, например, машина, а завтра нужно непременно приобрести яхту, как у Абрамовича, и постоянно ставит быт на первое место, то это, без сомнения, большая ошибка. И в такой ошибке пребывает огромное количество людей на Западе. И я это увидел изнутри, не как турист, а как житель этого самого Запада. И очень важно не впасть в эту ошибку самому!
Сейчас я живу, в материальном плане, нормально, Господь не оставляет. Есть все, что нужно. Но есть и другое, главное. Те задачи, которые мы сейчас и здесь решаем, – они духовного плана.
– Родился в Самарканде в 1951 году. Потом переехали в Удмуртию. Окончил Машиностроительный техникум. Служил в армии, на Дальнем Востоке. Потом поступил в Свердловский университет на исторический факультет. Окончив его, работал преподавателем истории. Женился, поступил в московский Литературный институт. Преподавал историю и эстетику. С семьей переехал в Ижевск. Что-то писал, издавался. В 1989 году приняли в Союз писателей. Впоследствии около года жил эмигрантом в Германии, с женой и четырьмя детьми. Затем родился пятый. Материально жили неплохо, но вскоре возникло ощущение нереальности собственного существования. Колбасы много, но душа… Душа затосковала. Я сразу это ощутил. И когда я это понял, то мы вернулись. В Германии принял твердое решение – стать священником.
– Вернуться из благополучной Германии в Россию девяностых годов, это же для многих эмигрантов настоящий подвиг!..
– Скорее, это подвиг моей жены. Для женщины очень сложно отказаться от налаженного быта. Представьте, Западная Германия, земля Саарланд. Вид на жительство, квартира, машина – ну все как у цивильных людей. Пособия на детей получали замечательные. За один год получили на детей столько, сколько за всю жизнь нам здесь не заплатят! Когда я принял решение возвращаться на Родину, многие посчитали меня сумасшедшим, до сих пор не могут успокоиться: «Ну, отец Михаил, ну чего с него взять, с приветом человек, понятное дело. Все за кордон рвутся жить, а он вернулся! И куда? В Ардатов – грязный захудалый городишко! В Россию!». В 1992 году в Ардатове днем с огнем не сыщешь самого элементарного! Туалетной бумаги не было, да что там, туалетной бумаги! Представьте только, приехал я из Германии на Белорусский вокзал… Вечер, какие-то коробки повсюду валяются, мусор, оркестр духовой для кого-то играет. И жуткий ветер, состояние у меня, мало сказать, какой-то совершенно дикой нестабильности. И сейчас этой нестабильности хватает, но тогда… Советский Союз рухнул, не стало его. Какие-то разборки между республиками...
«Утешил» меня немного покойный владыка Николай Нижегородский и Арзамасский. Встретился я с ним, рассказал о себе, объяснился: так, мол, и так, есть у меня опыт жизни на Западе, если благословите, то… И вот 26 апреля 1992 года, как раз на Пасху, он меня рукоположил в священники. «Вы куда поедете?». А для меня все незнакомо. Предложил: в Ардатов, может, поедете, посмотрите? Так я и приехал сюда. Поселился в небольшом приходском домике, достаточно убогом. Посылаю телеграмму жене, она приезжает…
М-да, слез было много пролито… Но… вот уже пятнадцать лет прожили, и не жалею. Ей, конечно, все тяжело достается, так что она герой больше, чем я, много на ее плечи навалилось. Но я вижу духовное обоснование тому, что случилось, поэтому считаю, что все произошло правильно.
– А почему было бы не стать священником в Германии? Там же есть Русская Православная церковь?
– Мне предлагал там служить германский владыка Марк. И знаете, мне показалось лукавством – остаться там служить. У немцев все устроено, отлажено. Социальные службы работают как часы. Бомжи получают пособие, которое больше, чем зарплата у наших профессоров.
Очень болело сердце за Россию. И поехал я на родину потому, что там «все плохо». Владыка Николай меня понял. Человек он был очень мудрый. Смотрю я на мир, смотрю на Запад. Иногда езжу туда туристом и ни разу не пожалел… хотя наша жизнь настолько непредсказуема... Но я твердо знаю – во всем, что бы ни случилось, всегда присутствует Промысел Божий. Человек – существо духовное и жить должен духовной, а не материальной жизнью.
Я со многими немцами общался и дружил, но – не хочу их обижать – они совершенно не способны понять, зачем в жизни еще и какие-то духовные усилия прикладывать. Живешь себе и живешь, и есть у тебя все для того, чтобы считать себя счастливым человеком – работа, зарплата приличная. На отпускные можешь поехать отдыхать куда угодно, хоть на Майорку. Все нормально! Что еще надо человеку!?
Они неплохие люди, нет – общительные, доброжелательные. Но у них начисто отсутствует такое понятие, как духовная подоплека происходящего. Они этого просто не понимают...
Там, за рубежом, за всем видимым, внешне блестящим миром, я обнаружил такой провал, такую духовную бездну! Духовной перспективы никакой. Меня как-то поразили слова одной семидесятилетней немки, приехавшей из Казахстана. Она сидела на скамейке, был удивительно красивый вечер, и она сказала, разговаривая сама с собой: «Да, чтобы найти рай на земле, нужно приехать в Германию, но если ищешь Царства Небесного – нужно вернуться в Россию». Понимаете? Потому что рай на земле совершенно не стыкуется с Царством Небесным. К чему мы здесь стремимся, по большому счету есть цели ложные! Я не скажу, что они на сто процентов гибельные, но – ложные.
Условия жизни на земле можно улучшать бесконечно, можно стать этаким Бытоулучшателем. Кто против?! Однако если человек постоянно думает о том, что сегодня у него, например, машина, а завтра нужно непременно приобрести яхту, как у Абрамовича, и постоянно ставит быт на первое место, то это, без сомнения, большая ошибка. И в такой ошибке пребывает огромное количество людей на Западе. И я это увидел изнутри, не как турист, а как житель этого самого Запада. И очень важно не впасть в эту ошибку самому!
Сейчас я живу, в материальном плане, нормально, Господь не оставляет. Есть все, что нужно. Но есть и другое, главное. Те задачи, которые мы сейчас и здесь решаем, – они духовного плана.
– А не могли бы вы рассказать, как все начиналось здесь, на новом месте?
– Вы, наверное, в курсе, что в Ардатове есть воспитательная колония на месте бывшего женского Покровского монастыря. В ней обитают сегодня около 270 подростков. Там есть и мелкие воришки, и грабители, и даже убийцы. Сидят они по статьям разной степени тяжести. Контингент в основном из Нижегородской области. И когда владыка Николай благословил меня здесь служить, колония стала первым объектом, который я посетил. Шел 1992 год. Я столкнулся с совершенно особенной средой, со своей особой субкультурой. Священник воспринимается не всеми. Священника, посланца с воли, примитивное сознание заключенного воспринимает как объект, которым можно попользоваться. Этакая буренка в рясе, которую можно подоить. Они всегда воспринимают приходящих, как «лохов», простите за специфический термин. Что я с этого буду иметь? Но их нельзя винить в этом…
Начало 90-х – сложное время. Стараясь поддержать колонию, мы собирали по прихожанам муку, сахар, там реально могли начаться голодные бунты. Не хватало медикаментов. В колонии распространялась чесотка, мы привозили нужную мазь.
Именно тогда нашему приходу передали здание храма. В советское время в нем устроили цех инструментального завода. Администрация колонии разрешила ребятам, имевшим право свободного выхода, помогать нам в реставрационных работах. И наши старушки, народ сердобольный, кормили их, помогали одеждой: кто носочки свяжет, кто еще чего. Многие из этих ребят, выйдя на свободу, стали приходить к нам. Понимаете, им некуда было возвращаться. Возникла идея – создать своего рода социальную гостиницу, где они могли бы какое-то время жить. После выхода на волю. Такой дом появился, и мы стали селить в нем освободившихся ребят. Но мы пришли к парадоксальному выводу. Он нас поразил. Маленький коллектив, человек пять, внешне все проявляют благочестие: стараются не материться, не курить при посторонних. Но внутри этого коллектива возникла субкультура – миниатюрная колония со всеми вытекающими отсюда последствиями. Мы были поражены! Оказывается, чтобы изменить психологию этих ребят, их нужно вообще растащить по одному. Не давать им контактировать. В противном случае они тут же вступали в те отношения, к которым успели привыкнуть до того, как они вышли на волю.
Поэтому, как мне представляется, первое, что нужно сделать обществу: делать все, чтобы дети в колонию не попадали. Нужно ввести такую всеохватную профилактическую работу.
Говоря о неблагополучных детях, должно заметить, что самое сложное – преодолеть инерцию их недовоспитания. Нужно очень серьезно работать, чтобы этот пробел восполнить. Как я сейчас вижу, огромную роль здесь играет среда, в которой дети провели детство и отрочество. Период до 7 – 8 лет, когда дети, как губка, впитывают из того, что их окружает. Если они видят насилие, беспорядочный секс, голод, унижение, побои, животный образ жизни – все это откладывается и в них. И чтобы это исправить, нужно очень много сил, опыта, годы работы. Сформировать представление о совершенно ином образе жизни. И тут очень важно работать и с родителями тоже. Создавать лектории, устраивать встречи. Разворачивать целую программу, с плакатами, призывами, беседами. Как в начале 60-х годов, во время Карибского кризиса. Была реальная угроза ядерной войны. Со всей улицы лектор собирал людей и объяснял, кто и как должен себя вести, чтобы выжить в случае катастрофы. В социальном плане сейчас бомба уже взорвана. Поражающий фактор уже действует. Гибнут уже миллионы. Война уже идет, но, может быть, даже более губительными средствами, чем ядерная война. И поэтому люди, которые могут сказать, как уберечься, как спастись, должны об этом говорить. Это сейчас нужно. И мы этим стараемся заниматься.
– Отец Михаил, основное направление вашей сегодняшней работы – профилактическое?
– Мы работаем с молодежью кризисной, в том числе отбывающей срок в колониях. Яркого положительного опыта работы с подобного рода контингентом нет. Опыт – скорее отрицательный. Почему? Чтобы осуществить реабилитацию одного «споткнувшегося» человека, надо его, как минимум, вырвать из той социальной среды, в которой он пребывает, живет. И… куда он, как правило, возвращается после колонии. Противодействовать этому – не в наших силах. Потому что одно дело, когда теоретически объясняешь этим людям, что такое хорошо, а что такое плохо, они с вами соглашаются. Но, когда они возвращаются в прежний мир, как правило, криминальный, живущий по своим законам и понятиям, они попадают в ту же ловушку, из которой очень трудно выбраться. Они не видят выхода. Получается «заколдованный круг».
Работа должна направляться, в первую очередь, на то, чтобы вырвать нашу молодежь, наших детей из той пораженной социальной среды, в которой они находятся. А для этого – создавать сеть досуговых центров. И это должно быть уже государственной программой. Я это понял из того мизерного провинциального опыта, которым обладаю. Ну а те, кто по тем или иным причинам оказался в колонии, конечно же, нуждаются в нетрадиционных методах реабилитации.
В этом направлении у нас накоплен некоторый опыт. Мы работаем по социально-духовной поддержке детей и подростков в основном из неблагополучных семей, сирот. И в лучшем случае берем одного после колонии. Так вот работаем. Также мы работаем с более или менее нормальными детьми, в деле воспитания патриотизма, духовности. Есть организация, которую мы поддерживаем. Это – «Витязи». Поддержка сейчас идет уже и на епархиальном уровне, и на уровне Приволжского федерального округа. Нам хочется, чтобы этот опыт распространился. Мы используем также опыт русской эмиграции, особенно в первые годы после революции. Тогда за рубежом создали вот такую же организацию, чтобы молодежь просто не погибла, чтобы сохранилась русская культура, вера, язык и т.д. И вот сейчас мы перенимаем их опыт. И я приглашаю вас приехать в лагерь «Витязей», самим все посмотреть. Есть форма, флаг, гимн, молитвы «Витязей». Это – молодежная организация типа скаутов, но на другой основе. На платформе православной веры. Детям все это очень нравится. Сейчас важно это движение поддержать. Это даст многое. Дети и молодежь находятся под страшным прессом деструктивной информации. Ситуация крайне тяжелая. Представляете, Государственная дума приняла закон, позволяющий родителям манипулировать жильем без участия детей, вы представляете, сколько появится сейчас бездомных?! Родители могут продать квартиру, и не нужны уже больше справки из РОНО и другие, учитывающие интересы детей. Да я знаю примеры из жизни. Это даже комментировать трудно!
Далее, мы организовали православный молодежный клуб «Белый ветер» в рамках профилактики безнадзорности и ранних правонарушений. В нем есть тренажерный, борцовский и компьютерный залы. Все это создано в основном для уличных детей. И это дает результаты. Многие «вышли из подвалов» благодаря этому клубу. В нем царит очень доброжелательная атмосфера. Но, повторяю, главная задача именно вырвать детей из того окружения, в котором они погибают. А воцерковление – это совершенно другой этап.
До сих пор мы занимались подростками, однако при всем нашем энтузиазме, к сожалению, трудно привести яркие позитивные примеры. Да, мы поддерживаем, да, направляем трудных подростков, но сказать, что от нас уходят святые, мы не можем. Хотя… Несколько ребят, которые получили нашу помощь, освободились, встали на ноги и живут, не возвращаясь к прежнему. И только один из всех стал дьяконом в нашей епархии. Но и у него, конечно, бывали сбои, его перемещали с прихода на приход, он было запил, по старой привычке, но вовремя остановился…
– Вы работаете с наркоманами, есть такой опыт?
– Косвенный. Мы специально с ними не работаем. Но перспективу я вижу в мобильных центрах, о которых бы хотел поговорить особо и чуть попозже. Потому что главное в борьбе с наркоманией – это выводить людей из той социальной среды, в которой они просто не могут не употреблять наркотики. Она на них влияет, и они бессильны. У нас сейчас трое живут из Сарова. Там очень неблагополучная ситуация по наркотикам. Так вот этих ребят мы просто вырвали из той среды, и сейчас они живут в другом месте, и, слава Богу, все хорошо. В этом плане опыт, безусловно, положительный. Главное, на мой взгляд, – это именно отделение подростков от поражающей среды. Иначе все остальное будет напрасным.
– Отец Михаил, скажите, пожалуйста, несколько слов о книге Александра Нотина «Путешествие в осознанность». Насколько известно, вы ее читали.
– В постперестроечное время наше общество переживает затяжной кризис, пребывает в глубокой депрессии. И, к сожалению, немногие его члены находят утешение в вере. Большинство пребывает в крайней растерянности. Причина ее – полная дезориентация в духовном, а зачастую и в физическом пространстве. Для таких людей крайне важно пройти какую-то промежуточную ступень, перешагнуть некую грань, за которой проявятся уже более определенные ориентиры. Прочитав книгу «Путешествие в осознанность», я прекрасно это понял. Тем более, что опыт автора очень личный, пережитый им самим в крайне сложных жизненных обстоятельствах. И этот опыт выхода из кризиса и депрессии – важен, и его следует доводить до тех, кто в нем сегодня нуждается.
На благополучном Западе тоже достаточно стрессов, и там направление психологической помощи достаточно развито в чисто медицинском плане и отличается от российского. У нас проблема – духовного плана. Наши люди долгое время жили в условиях атеизма, духовного вакуума, который не могла заполнить идеология тоталитарного государства. Они зачастую просто не способны сами, без посторонней помощи обрести ту жизненную опору, которая во все времена поддерживает людей и ведет их к нравственным и духовным высотам. Без нее наш человек не может существовать. Этим он и отличается от представителей западной цивилизации.
И вот вам пример: буквально вчера встретился с одним из высокопоставленных чиновников, который безапелляционно заявил мне: «Знаете, я атеист, я никогда не стану верующим». Я возразил ему: «Существует золотой принцип – никогда не говори "никогда"!».
Я знаю огромное количество людей, которые были убежденными атеистами до тех пор, пока их не скручивала жизнь в бараний рог. Наша жизнь настолько «временная», настолько ничтожна в безграничных масштабах вечности и пространства, что говорить «никогда» – признак убогого и ограниченного сознания.
При потрясающем информационном единстве мира, не всегда используемом во благо, люди не могут сориентироваться, выбраться из «хаоса современного бытия». Необходимо им помогать. Потому что они оказались в такой кризисной яме, из которой самостоятельно выбраться не могут. Когда же кому-то из них говоришь: помолись Богу, уверуй! – то зачастую такой человек не способен перешагнуть психологический барьер – образно говоря, это все равно, что расколоть кулаком стальную плиту.
И вот тут наступает момент, когда крайне растерявшемуся человеку нужно предложить перестать биться об эту плиту, попробовать обойтись без этих крайне утомительных и бесполезных усилий…
На этом этапе с человеком лучше просто пообщаться. И вот тут-то нужно медленно подвести его к начальному этапу духовного пути, о котором мы уже говорили. И об этом рассказывается в книге Александра Нотина «Путешествие в осознанность». И еще важно понять, что она на данном этапе не противоречит православному учению о спасении человека. Автор искренне старается подвести читателя к первоначальным духовным выводам, к которым пришел в то время сам. При этом он использует привычный для неподготовленного человека язык.
У апостола Павла есть простая и замечательная мысль: человеку в каждом возрасте нужна разная пища. В зрелом возрасте по зубам твердая, в младенческом же – молочко. И многим нашим согражданам нужно именно молочко, причем подогретое, чтобы с ложечки, чтобы они могли хоть немного окрепнуть. Когда человек в первый раз приходит в храм, он, даже если и хочет, то часто не может наложить на себя крестное знамение. Будто гири висят у него на руке, и причины здесь не только психологические. Ему кажется, что на него смотрят сотни людей, что все будут показывать на него пальцем. Включается масса комплексов, которые так трудно, но нужно преодолевать.
В этом смысле сообщество «Переправа», основанное Александром Нотиным, необходимо сегодня для того, чтобы помочь и взрослым и детям преодолеть эти пресловутые «психологические барьеры» на пути к духовному выбору. Люди разные, и очень важно найти к каждому индивидуальный подход, используя при этом различные приемы и способы для разговора с ними. Да, да, здесь важен именно индивидуальный подход, простой и доверительный, без какого бы то ни было нажима. Важна крайняя деликатность… Общаться пока надо на уровне доступных понятий…
Пусть это будет любая аудитория, лектор, рассуждающий на самые разные темы. Идет ли разговор о литературе или о чем-то еще, неважно. Итог должен быть один: говорить нужно о главном в человеке – о его душе, его предназначении в нашей непростой жизни и, разумеется, о главном христианском постулате – любви. Неспешно, неторопливо. И пусть это будет дискуссия, пусть будут задаваться вопросы, возникать споры – это замечательно. В конце концов, больной зуб нужно расшатать, прежде чем удалить окончательно.
Хотелось бы предложить автору книги следующую перспективу: создать сеть православных психологических клиник, центров, лекториев, в которых бы все вышеизложенное непременно учитывалось. В них показывались бы научно-познавательные фильмы, безусловно, с духовным оттенком. Такие, как «Великая тайна воды» – замечательный фильм про то, что не поддается рациональному мышлению. Существует огромный пласт понятий и явлений, которые мы не способны увидеть, что не подвластно рациональному объяснению. Тиражировать такие фильмы или создавать новые крайне необходимо. Необходимо оказывать помощь людям, посредством, может быть, «телефона доверия». Почему «телефона доверия»? Да потому, что не каждый сегодня решится дозваниваться священнику. Человек мечется, не знает, куда обратиться…
И тут к нему на помощь приходит «Переправа», которая на своем уровне поможет переправиться через бурный поток сомнений, душевных переживаний, кризисного состояния. Поможет найти выход, ибо выход из любой ситуации обязательно найдется!
И если этот процесс будет информационно распространен, он непременно заработает и принесет пользу. Господь благословит это дело и обязательно поможет.
А человека, который будет принимать звонки, можно назвать Добрым слушателем, который всегда сможет что-то подсказать и направить в сторону правильного пути…
Возвращаюсь к своему ощущению, что наше общество – глубоко больное и депрессивное. Книга «Путешествие в осознанность» передает личный опыт человека, который преодолел глубокую депрессию, преодолел состояние бесконечного тупика. И он смог из него выбраться и смог показать реальные пути и средства, как это сделать. К его рекомендациям можно отнестись так: что-то добавить, что-то убавить, но то, что им предпринята попытка такого последовательного выхода из тупика, делает ее весьма ценной.
Эту книгу нужно, конечно, тщательно отредактировать, добавить рекомендации православных психологов, освободить о терминологической эклектики, практически неизбежной для автора в тот поисковый период. Это должно стать серьезным исследованием, которое не вызывало бы нареканий и не порождало бы мнение, будто это – всего лишь любительский опыт какого-то одного человека. Под содержание книги должна быть подведена база святоотеческой мудрости. И это, на мой взгляд, то, что необходимо. Но направление выбрано правильное. Просто нужно все серьезно доработать. Проработать и доходчиво прописать. Нужны специалисты. Что-то отшлифовать, что-то убрать, что-то дополнить и подать читателю в новой редакции. Причем большим тиражом. Это востребовано.
Люди ждут, ищут, за что зацепиться, на что опереться, и не находят. Далеко не каждый способен подойти к церковному киоску и выбрать то, что нужно. На первых этапах многим нужны рациональные доводы и аргументы. Они помогут выйти на духовный путь. В этом смысле данная книга востребована. То, что она предлагает, по сути дела является системной программой. У нее большие возможности и широкий охват. Она обращена к неверующему большинству. При условии ее основательной доработки по всем вышеуказанным моментам она может стать одной из новых альтернатив колоссально вредному влиянию современного мира (телевидение, Сеть и т.д.) на людей.
Те методы работы, которые уводят человека от большего зла к меньшему, можно только приветствовать. В православии существует такое понятие: выбрать из двух зол меньшее. Поэтапно, постепенно выводить человека из трясины. Эти поэтапные способы преодоления вселенского зла, которые предлагает Александр Нотин, я приветствую и готов в них участвовать и всемерно помогать.
Вообще у меня возникла идея создать несколько мобильных реабилитационных центров. Может быть, Александр Нотин подключится к этому проекту? Именно мобильных реабилитационных центров. Несколько православных руководителей (достаточно двух-трех человек) берут с собой пять, шесть трудных подростков и путешествуют с ними по заранее намеченному маршруту. Это места значимых исторических событий: боевой славы, духовно значимые, например, знаменитые монастыри, в которых они могут задержаться и поработать, пообщаться с монахами, священниками, приобщиться к их образу жизни. Двигаясь дальше по маршруту, они могут делать остановки в лесу, приобретая простейшие навыки выживания, о которых современный молодой человек часто не имеет никакого представления. Они прошли жесточайшую школу жизни, а самого элементарного – почистить картошку, разжечь костер не могут! И самый большой навык – помощь друг другу в них отсутствует. В них живет, как правило, зоологический эгоизм. Все себе, все себе! Урвать для себя любым путем кусок!.. А то, что выжить можно только вместе – им и невдомек.
Это не паломническая программа, но программа жизнеутверждающего плана. Она не будет обременительной и в материальном плане, это не так затратно, как, скажем, дом для постоянного проживания, который к тому же нужно время от времени ремонтировать.
Продвижение по маршруту должно длиться от месяца до двух. Идти, посещать храмы, посещать города. Учиться жить! Учиться выживать. Учиться общению и взаимоподдержке. Даже наркоман или особо трудный подросток может быть включен в это. И через это многие «искривления» прошлого и воспитания могут быть преодолены. Это и будет Переправа, переправление!
Проект Александра Нотина расширяет горизонты. Он постепенно подводит человека к позитивному восприятию красоты и истинности традиционных духовных ценностей России. Сейчас это – приоритетное направление. Я мог бы назвать его проект так: ДОРОГА К ХРАМУ.
Альтернатива этой дороге – только путь на кладбище.
– Вы, наверное, в курсе, что в Ардатове есть воспитательная колония на месте бывшего женского Покровского монастыря. В ней обитают сегодня около 270 подростков. Там есть и мелкие воришки, и грабители, и даже убийцы. Сидят они по статьям разной степени тяжести. Контингент в основном из Нижегородской области. И когда владыка Николай благословил меня здесь служить, колония стала первым объектом, который я посетил. Шел 1992 год. Я столкнулся с совершенно особенной средой, со своей особой субкультурой. Священник воспринимается не всеми. Священника, посланца с воли, примитивное сознание заключенного воспринимает как объект, которым можно попользоваться. Этакая буренка в рясе, которую можно подоить. Они всегда воспринимают приходящих, как «лохов», простите за специфический термин. Что я с этого буду иметь? Но их нельзя винить в этом…
Начало 90-х – сложное время. Стараясь поддержать колонию, мы собирали по прихожанам муку, сахар, там реально могли начаться голодные бунты. Не хватало медикаментов. В колонии распространялась чесотка, мы привозили нужную мазь.
Именно тогда нашему приходу передали здание храма. В советское время в нем устроили цех инструментального завода. Администрация колонии разрешила ребятам, имевшим право свободного выхода, помогать нам в реставрационных работах. И наши старушки, народ сердобольный, кормили их, помогали одеждой: кто носочки свяжет, кто еще чего. Многие из этих ребят, выйдя на свободу, стали приходить к нам. Понимаете, им некуда было возвращаться. Возникла идея – создать своего рода социальную гостиницу, где они могли бы какое-то время жить. После выхода на волю. Такой дом появился, и мы стали селить в нем освободившихся ребят. Но мы пришли к парадоксальному выводу. Он нас поразил. Маленький коллектив, человек пять, внешне все проявляют благочестие: стараются не материться, не курить при посторонних. Но внутри этого коллектива возникла субкультура – миниатюрная колония со всеми вытекающими отсюда последствиями. Мы были поражены! Оказывается, чтобы изменить психологию этих ребят, их нужно вообще растащить по одному. Не давать им контактировать. В противном случае они тут же вступали в те отношения, к которым успели привыкнуть до того, как они вышли на волю.
Поэтому, как мне представляется, первое, что нужно сделать обществу: делать все, чтобы дети в колонию не попадали. Нужно ввести такую всеохватную профилактическую работу.
Говоря о неблагополучных детях, должно заметить, что самое сложное – преодолеть инерцию их недовоспитания. Нужно очень серьезно работать, чтобы этот пробел восполнить. Как я сейчас вижу, огромную роль здесь играет среда, в которой дети провели детство и отрочество. Период до 7 – 8 лет, когда дети, как губка, впитывают из того, что их окружает. Если они видят насилие, беспорядочный секс, голод, унижение, побои, животный образ жизни – все это откладывается и в них. И чтобы это исправить, нужно очень много сил, опыта, годы работы. Сформировать представление о совершенно ином образе жизни. И тут очень важно работать и с родителями тоже. Создавать лектории, устраивать встречи. Разворачивать целую программу, с плакатами, призывами, беседами. Как в начале 60-х годов, во время Карибского кризиса. Была реальная угроза ядерной войны. Со всей улицы лектор собирал людей и объяснял, кто и как должен себя вести, чтобы выжить в случае катастрофы. В социальном плане сейчас бомба уже взорвана. Поражающий фактор уже действует. Гибнут уже миллионы. Война уже идет, но, может быть, даже более губительными средствами, чем ядерная война. И поэтому люди, которые могут сказать, как уберечься, как спастись, должны об этом говорить. Это сейчас нужно. И мы этим стараемся заниматься.
– Отец Михаил, основное направление вашей сегодняшней работы – профилактическое?
– Мы работаем с молодежью кризисной, в том числе отбывающей срок в колониях. Яркого положительного опыта работы с подобного рода контингентом нет. Опыт – скорее отрицательный. Почему? Чтобы осуществить реабилитацию одного «споткнувшегося» человека, надо его, как минимум, вырвать из той социальной среды, в которой он пребывает, живет. И… куда он, как правило, возвращается после колонии. Противодействовать этому – не в наших силах. Потому что одно дело, когда теоретически объясняешь этим людям, что такое хорошо, а что такое плохо, они с вами соглашаются. Но, когда они возвращаются в прежний мир, как правило, криминальный, живущий по своим законам и понятиям, они попадают в ту же ловушку, из которой очень трудно выбраться. Они не видят выхода. Получается «заколдованный круг».
Работа должна направляться, в первую очередь, на то, чтобы вырвать нашу молодежь, наших детей из той пораженной социальной среды, в которой они находятся. А для этого – создавать сеть досуговых центров. И это должно быть уже государственной программой. Я это понял из того мизерного провинциального опыта, которым обладаю. Ну а те, кто по тем или иным причинам оказался в колонии, конечно же, нуждаются в нетрадиционных методах реабилитации.
В этом направлении у нас накоплен некоторый опыт. Мы работаем по социально-духовной поддержке детей и подростков в основном из неблагополучных семей, сирот. И в лучшем случае берем одного после колонии. Так вот работаем. Также мы работаем с более или менее нормальными детьми, в деле воспитания патриотизма, духовности. Есть организация, которую мы поддерживаем. Это – «Витязи». Поддержка сейчас идет уже и на епархиальном уровне, и на уровне Приволжского федерального округа. Нам хочется, чтобы этот опыт распространился. Мы используем также опыт русской эмиграции, особенно в первые годы после революции. Тогда за рубежом создали вот такую же организацию, чтобы молодежь просто не погибла, чтобы сохранилась русская культура, вера, язык и т.д. И вот сейчас мы перенимаем их опыт. И я приглашаю вас приехать в лагерь «Витязей», самим все посмотреть. Есть форма, флаг, гимн, молитвы «Витязей». Это – молодежная организация типа скаутов, но на другой основе. На платформе православной веры. Детям все это очень нравится. Сейчас важно это движение поддержать. Это даст многое. Дети и молодежь находятся под страшным прессом деструктивной информации. Ситуация крайне тяжелая. Представляете, Государственная дума приняла закон, позволяющий родителям манипулировать жильем без участия детей, вы представляете, сколько появится сейчас бездомных?! Родители могут продать квартиру, и не нужны уже больше справки из РОНО и другие, учитывающие интересы детей. Да я знаю примеры из жизни. Это даже комментировать трудно!
Далее, мы организовали православный молодежный клуб «Белый ветер» в рамках профилактики безнадзорности и ранних правонарушений. В нем есть тренажерный, борцовский и компьютерный залы. Все это создано в основном для уличных детей. И это дает результаты. Многие «вышли из подвалов» благодаря этому клубу. В нем царит очень доброжелательная атмосфера. Но, повторяю, главная задача именно вырвать детей из того окружения, в котором они погибают. А воцерковление – это совершенно другой этап.
До сих пор мы занимались подростками, однако при всем нашем энтузиазме, к сожалению, трудно привести яркие позитивные примеры. Да, мы поддерживаем, да, направляем трудных подростков, но сказать, что от нас уходят святые, мы не можем. Хотя… Несколько ребят, которые получили нашу помощь, освободились, встали на ноги и живут, не возвращаясь к прежнему. И только один из всех стал дьяконом в нашей епархии. Но и у него, конечно, бывали сбои, его перемещали с прихода на приход, он было запил, по старой привычке, но вовремя остановился…
– Вы работаете с наркоманами, есть такой опыт?
– Косвенный. Мы специально с ними не работаем. Но перспективу я вижу в мобильных центрах, о которых бы хотел поговорить особо и чуть попозже. Потому что главное в борьбе с наркоманией – это выводить людей из той социальной среды, в которой они просто не могут не употреблять наркотики. Она на них влияет, и они бессильны. У нас сейчас трое живут из Сарова. Там очень неблагополучная ситуация по наркотикам. Так вот этих ребят мы просто вырвали из той среды, и сейчас они живут в другом месте, и, слава Богу, все хорошо. В этом плане опыт, безусловно, положительный. Главное, на мой взгляд, – это именно отделение подростков от поражающей среды. Иначе все остальное будет напрасным.
– Отец Михаил, скажите, пожалуйста, несколько слов о книге Александра Нотина «Путешествие в осознанность». Насколько известно, вы ее читали.
– В постперестроечное время наше общество переживает затяжной кризис, пребывает в глубокой депрессии. И, к сожалению, немногие его члены находят утешение в вере. Большинство пребывает в крайней растерянности. Причина ее – полная дезориентация в духовном, а зачастую и в физическом пространстве. Для таких людей крайне важно пройти какую-то промежуточную ступень, перешагнуть некую грань, за которой проявятся уже более определенные ориентиры. Прочитав книгу «Путешествие в осознанность», я прекрасно это понял. Тем более, что опыт автора очень личный, пережитый им самим в крайне сложных жизненных обстоятельствах. И этот опыт выхода из кризиса и депрессии – важен, и его следует доводить до тех, кто в нем сегодня нуждается.
На благополучном Западе тоже достаточно стрессов, и там направление психологической помощи достаточно развито в чисто медицинском плане и отличается от российского. У нас проблема – духовного плана. Наши люди долгое время жили в условиях атеизма, духовного вакуума, который не могла заполнить идеология тоталитарного государства. Они зачастую просто не способны сами, без посторонней помощи обрести ту жизненную опору, которая во все времена поддерживает людей и ведет их к нравственным и духовным высотам. Без нее наш человек не может существовать. Этим он и отличается от представителей западной цивилизации.
И вот вам пример: буквально вчера встретился с одним из высокопоставленных чиновников, который безапелляционно заявил мне: «Знаете, я атеист, я никогда не стану верующим». Я возразил ему: «Существует золотой принцип – никогда не говори "никогда"!».
Я знаю огромное количество людей, которые были убежденными атеистами до тех пор, пока их не скручивала жизнь в бараний рог. Наша жизнь настолько «временная», настолько ничтожна в безграничных масштабах вечности и пространства, что говорить «никогда» – признак убогого и ограниченного сознания.
При потрясающем информационном единстве мира, не всегда используемом во благо, люди не могут сориентироваться, выбраться из «хаоса современного бытия». Необходимо им помогать. Потому что они оказались в такой кризисной яме, из которой самостоятельно выбраться не могут. Когда же кому-то из них говоришь: помолись Богу, уверуй! – то зачастую такой человек не способен перешагнуть психологический барьер – образно говоря, это все равно, что расколоть кулаком стальную плиту.
И вот тут наступает момент, когда крайне растерявшемуся человеку нужно предложить перестать биться об эту плиту, попробовать обойтись без этих крайне утомительных и бесполезных усилий…
На этом этапе с человеком лучше просто пообщаться. И вот тут-то нужно медленно подвести его к начальному этапу духовного пути, о котором мы уже говорили. И об этом рассказывается в книге Александра Нотина «Путешествие в осознанность». И еще важно понять, что она на данном этапе не противоречит православному учению о спасении человека. Автор искренне старается подвести читателя к первоначальным духовным выводам, к которым пришел в то время сам. При этом он использует привычный для неподготовленного человека язык.
У апостола Павла есть простая и замечательная мысль: человеку в каждом возрасте нужна разная пища. В зрелом возрасте по зубам твердая, в младенческом же – молочко. И многим нашим согражданам нужно именно молочко, причем подогретое, чтобы с ложечки, чтобы они могли хоть немного окрепнуть. Когда человек в первый раз приходит в храм, он, даже если и хочет, то часто не может наложить на себя крестное знамение. Будто гири висят у него на руке, и причины здесь не только психологические. Ему кажется, что на него смотрят сотни людей, что все будут показывать на него пальцем. Включается масса комплексов, которые так трудно, но нужно преодолевать.
В этом смысле сообщество «Переправа», основанное Александром Нотиным, необходимо сегодня для того, чтобы помочь и взрослым и детям преодолеть эти пресловутые «психологические барьеры» на пути к духовному выбору. Люди разные, и очень важно найти к каждому индивидуальный подход, используя при этом различные приемы и способы для разговора с ними. Да, да, здесь важен именно индивидуальный подход, простой и доверительный, без какого бы то ни было нажима. Важна крайняя деликатность… Общаться пока надо на уровне доступных понятий…
Пусть это будет любая аудитория, лектор, рассуждающий на самые разные темы. Идет ли разговор о литературе или о чем-то еще, неважно. Итог должен быть один: говорить нужно о главном в человеке – о его душе, его предназначении в нашей непростой жизни и, разумеется, о главном христианском постулате – любви. Неспешно, неторопливо. И пусть это будет дискуссия, пусть будут задаваться вопросы, возникать споры – это замечательно. В конце концов, больной зуб нужно расшатать, прежде чем удалить окончательно.
Хотелось бы предложить автору книги следующую перспективу: создать сеть православных психологических клиник, центров, лекториев, в которых бы все вышеизложенное непременно учитывалось. В них показывались бы научно-познавательные фильмы, безусловно, с духовным оттенком. Такие, как «Великая тайна воды» – замечательный фильм про то, что не поддается рациональному мышлению. Существует огромный пласт понятий и явлений, которые мы не способны увидеть, что не подвластно рациональному объяснению. Тиражировать такие фильмы или создавать новые крайне необходимо. Необходимо оказывать помощь людям, посредством, может быть, «телефона доверия». Почему «телефона доверия»? Да потому, что не каждый сегодня решится дозваниваться священнику. Человек мечется, не знает, куда обратиться…
И тут к нему на помощь приходит «Переправа», которая на своем уровне поможет переправиться через бурный поток сомнений, душевных переживаний, кризисного состояния. Поможет найти выход, ибо выход из любой ситуации обязательно найдется!
И если этот процесс будет информационно распространен, он непременно заработает и принесет пользу. Господь благословит это дело и обязательно поможет.
А человека, который будет принимать звонки, можно назвать Добрым слушателем, который всегда сможет что-то подсказать и направить в сторону правильного пути…
Возвращаюсь к своему ощущению, что наше общество – глубоко больное и депрессивное. Книга «Путешествие в осознанность» передает личный опыт человека, который преодолел глубокую депрессию, преодолел состояние бесконечного тупика. И он смог из него выбраться и смог показать реальные пути и средства, как это сделать. К его рекомендациям можно отнестись так: что-то добавить, что-то убавить, но то, что им предпринята попытка такого последовательного выхода из тупика, делает ее весьма ценной.
Эту книгу нужно, конечно, тщательно отредактировать, добавить рекомендации православных психологов, освободить о терминологической эклектики, практически неизбежной для автора в тот поисковый период. Это должно стать серьезным исследованием, которое не вызывало бы нареканий и не порождало бы мнение, будто это – всего лишь любительский опыт какого-то одного человека. Под содержание книги должна быть подведена база святоотеческой мудрости. И это, на мой взгляд, то, что необходимо. Но направление выбрано правильное. Просто нужно все серьезно доработать. Проработать и доходчиво прописать. Нужны специалисты. Что-то отшлифовать, что-то убрать, что-то дополнить и подать читателю в новой редакции. Причем большим тиражом. Это востребовано.
Люди ждут, ищут, за что зацепиться, на что опереться, и не находят. Далеко не каждый способен подойти к церковному киоску и выбрать то, что нужно. На первых этапах многим нужны рациональные доводы и аргументы. Они помогут выйти на духовный путь. В этом смысле данная книга востребована. То, что она предлагает, по сути дела является системной программой. У нее большие возможности и широкий охват. Она обращена к неверующему большинству. При условии ее основательной доработки по всем вышеуказанным моментам она может стать одной из новых альтернатив колоссально вредному влиянию современного мира (телевидение, Сеть и т.д.) на людей.
Те методы работы, которые уводят человека от большего зла к меньшему, можно только приветствовать. В православии существует такое понятие: выбрать из двух зол меньшее. Поэтапно, постепенно выводить человека из трясины. Эти поэтапные способы преодоления вселенского зла, которые предлагает Александр Нотин, я приветствую и готов в них участвовать и всемерно помогать.
Вообще у меня возникла идея создать несколько мобильных реабилитационных центров. Может быть, Александр Нотин подключится к этому проекту? Именно мобильных реабилитационных центров. Несколько православных руководителей (достаточно двух-трех человек) берут с собой пять, шесть трудных подростков и путешествуют с ними по заранее намеченному маршруту. Это места значимых исторических событий: боевой славы, духовно значимые, например, знаменитые монастыри, в которых они могут задержаться и поработать, пообщаться с монахами, священниками, приобщиться к их образу жизни. Двигаясь дальше по маршруту, они могут делать остановки в лесу, приобретая простейшие навыки выживания, о которых современный молодой человек часто не имеет никакого представления. Они прошли жесточайшую школу жизни, а самого элементарного – почистить картошку, разжечь костер не могут! И самый большой навык – помощь друг другу в них отсутствует. В них живет, как правило, зоологический эгоизм. Все себе, все себе! Урвать для себя любым путем кусок!.. А то, что выжить можно только вместе – им и невдомек.
Это не паломническая программа, но программа жизнеутверждающего плана. Она не будет обременительной и в материальном плане, это не так затратно, как, скажем, дом для постоянного проживания, который к тому же нужно время от времени ремонтировать.
Продвижение по маршруту должно длиться от месяца до двух. Идти, посещать храмы, посещать города. Учиться жить! Учиться выживать. Учиться общению и взаимоподдержке. Даже наркоман или особо трудный подросток может быть включен в это. И через это многие «искривления» прошлого и воспитания могут быть преодолены. Это и будет Переправа, переправление!
Проект Александра Нотина расширяет горизонты. Он постепенно подводит человека к позитивному восприятию красоты и истинности традиционных духовных ценностей России. Сейчас это – приоритетное направление. Я мог бы назвать его проект так: ДОРОГА К ХРАМУ.
Альтернатива этой дороге – только путь на кладбище.
Беседовал Борис Золотарёв.
Пресс-служба Выксунской епархии.
Пресс-служба Выксунской епархии.
Юбилей о.Михаила Резина
1 февраля 2011 года
Саровчане поздравляют с юбилеем протоиерея Михаила Резина, клирика собора в честь иконы Божией Матери «Знамение» в Ардатове. 1 февраля ему исполнилось 60 лет!
На сайте Ардатовского благочиния об отце Михаиле говорится просто, но емко: «Священник, историк, подвижник, член Союза писателей СССР». И далее идут вроде бы обычные для биографической справки перечисления: «Окончил 8 классов средней школы в 1965 году, Воткинский машиностроительный техникум в 1969 году, исторический факультет Уральского Государственного университета в 1978 году, Московский литературный институ им. Горького в 1987 году. Работал учителем школы рабочей молодежи в г. Воткинске, учителем школы в г. Ижевске….» Описана литературная деятельность батюшки: «В 1988 годы вышла его первая книга "Фазанка. О странностях любви", в 1989 году опубликованы повесть "Рика", сборник рассказов "Пролог". В 1990-м в журнале "Юность" – повесть "Бегство талой воды". И в том же 1990 году Михаил Сергеевич Резин становится членом Союза писателей СССР»… Дальше был краткий, но непростой период, когда М. Резин с семьей находился в эмиграции в ФРГ. Но «душа затосковала», и в 1992 году он вернулся в Россию, где в это время было совсем не сладко (подробнее см. интервьюhttp://www.muhtolovo.nne.ru/news_17_Beseda.htm). «Решил принять священнический сан в Нижегородской епархии. Сначала Михаил Семенович был посвящен в чтецы, затем рукоположен в диаконы. На Пасху 1992 года рукоположен в священники и направлен настоятелем Знаменского собора в р.п. Ардатов. Храм представлял жалкое зрелище: колокольня снесена, купола разрушены, а внутри храма – цех завода "Сапфир". О. Михаил приложил много усилий для восстановления главного храма Ардатовского района. Первый священник в Ардатове, он начал служить в тесном помещении двухэтажного жилого дома. В июне 1994 года завод "Сапфир" передал здание Знаменского собора прихожанам… Кроме восстановления храма отец Михаил организовал духовную и материальную помощь несовершеннолетним осужденным, отбывающим наказание в Ардатовской воспитательной колонии (http://www.muhtolovo.nne.ru/koloniya.html). Он вел активную переписку с общественными и гуманитарными организациями России и дальнего зарубежья, выступал на "Радио России", встречался с крупными бизнесменами. Гуманитарная помощь помогла улучшить питание осужденных, обеспечение их медикаментами, предметами личной гигиены… В колонии открылась церковь. Успехи о. Михаила в духовном воспитании отмечены в 2000 году званием "Подвижник года" и премией. Ныне о. Михаил продолжает внутреннее благоукрашение Знаменского собора, помогает восстановлению других храмов Ардатовского района. Он хороший семьянин, имеет шестерых детей». Добавим к этому, что батюшка все годы своего священнического служения окормляет созданную им воскресную школу (http://www.muhtolovo.nne.ru/voskr_ardatov.htm), создал реабилитационный центр для трудных подростков из нуждающихся семей, а два года назад на приходе был открыт православный детский сад.
Многие из саровчан познакомились с о.Михаилом Резиным через своих детей, которые влились Национальную организацию Витязей, Ардатовский округ которой батюшка окормляет с 1999 года. Наши дети и педагоги несколько лет назад впервые побывали в летнем лагере «Русь», многие захотели стать витязями. С тех пор поездки в лагеря и на другие мероприятия стали регулярными. Приезжали все витязи и к нам, в Саров, здесь проводились традиционные для этой организации балы. Постепенно в городе сложился свой отряд, который продолжает общение с Ардатовским.
Чтобы поздравить отца Михаила с 60-летием, 30 января собрались витязи из Нижнего Новгорода, Дзержинска и Сарова, а также вся его многочисленная семья и друзья.
Перед началом праздника руководитель Ардатовского отряда НОВ, старшая дочь о. Михаила, Анжелика Михайловна Коженкова, напомнила ребятам о том, что без духовного руководителя витязей – о. Михаила – не состоялся бы ни один лагерь (а их за эти годы проведено более 25-ти!), не было бы воскресной школы и многого другого:
– Все, кто бывал в лагере, знают – есть труды и сложности, а есть приятные моменты, о которых все мечтают. К сожалению, многое из этого приятного – например, посидеть вечером у костра, поспать в палатках – о. Михаилу разделить с нами не удается. Но зато в полной мере он несет ответственность за нас, молитву за нас. И я не знаю, что можно сравнить с этим подвигом. Кроме нас у батюшки есть еще колония, где собрались не такие благополучные дети… Сегодня мы его поздравляем. И наши поздравления посвящаются также и нашей маме – матушке, на которой весь тыл.
Анжелика Михайловна постаралась донести до детей мысль, что все хорошее, что происходит в мире – само по себе не случается. Это результат огромного труда многих людей. Но иногда многим хорошим людям не хватает одного, кто повел бы их всех вперед, дал бы им цель жизни. А батюшка Михаил именно такой человек.
На празднике родные дети порадовали родителей и гостей трогательной фото-презентацией, показывающей как они счастливы в своей семье и горды своими родителями (прекрасная пропаганда многодетной семьи!). Воспитанники воскресной школы и витязи (тоже члены большой семьи, отец которой - батюшка Михаил) подготовили небольшой, но яркий концерт: танцы, песни, музыкальные и юмористические номера. Царила атмосфера радости от взаимного общения, мягкого юмора, уважения и искренней любви.
Анжелика Михайловна по моей просьбе рассказала о деятельности в Ардатове о. Михаила и его человеческих качествах:
– Во-первых, он работает с заключенными. По воскресеньям вечером после того как немного отдохнет (или не успеет отдохнуть), папа обязательно идет туда. Эта деятельность ведется наряду с воскресной школой, духовным окормлением витязей, православным детским садом, реабилитационным центром. Нельзя сказать, что колония – основное. Тут все – основное, как на фронте. По большей части работа с заключенными – это общение. Кому нужны эти дети, кому интересны? А папа их всех выслушивает. Он редко рассказывает эти жуткие истории из их жизни. С одной стороны, они – жертвы общества, которое в них не заинтересовано. А с другой – они и сами не ангелы. Это - дети, которые способны не только украсть, нахулиганить, но и убить свою преданную собаку, например…
Необходимость служения – это то, что у папы в сердце. Кто-то из великих сказал, что христиане – заложники собственной идеи. Это не какое-нибудь задание партии. Это образ жизни, мысли и чувства. Я поражаюсь тому, как отец относится к людям. Он всегда поступает кротко, по-настоящему, по-христиански. Я не знаю, каких усилий это ему стоит. Каждый день он идет в храм, общается с людьми, терпеливо всех выслушивает… Если нужна помощь, помогает – посылает покушать, оденет, обует. Порой его поступки не подчиняются никакой человеческой логике. Только христианской. Дай Бог ему сил и здоровья…
– Как бы ты описала его несколькими словами?
– Человек глубоко верующий. Очень образованный и воспитанный, тактичный. Говорить о милосердии в свете всего вышесказанного смысла нет. Настоящий христианин. Такие люди, как сказано в Евангелии, – свет миру. Причем делает все без всякого пафоса. Порой мы, его близкие, вообще ничего не знаем. А сколько людей по телефону звонит! Он может говорить с ними часами, если они в этом нуждаются. Телефон звонит бесконечно, приходят письма… Вообще папа использует для общения любые средства коммуникации. Везде, где бы он ни был, находятся те, кто стремится излить ему душу. В поездках, командировках, на отдыхе или лечении, в паломничестве… Люди притягиваются как магнитом.
Истинная христианская любовь – это и есть тот чудесный магнит. Многая и благая лета дорогому отцу Михаилу!
В Ардатове больше не будут заниматься реабилитацией детей
26 мая 2013 года
В Ардатовский социально-реабилитационный центр для детей мы приехали с Пасхальными поздравлениями. Как всегда привезли подарки, показали детям сказку, поиграли с ними в игры, надарили много призов, подарки… Однако делали все это с тяжелым сердцем. Учреждение, которое отметило в этом году свое 18-летие, внезапно было приговорено к ликвидации.
Руководством центра многое было сделано за два последних года, чтобы привести учреждение в достойный вид. Был сделан ремонт жизненно важных помещений. Что говорить о нашей малой лепте, хотя и она была заметна: подушки для детей, компьютеры, игры и книги… Мы могли им реально помочь и старались это сделать.
Но наверху решили сэкономить, оптимизировать, а для этого – ликвидировать.
Год назад, меня как журналиста позвали в село Аламасово, где хотели закрыть сельскую среднюю школу и жители забили тревогу. Я была свидетелем, как сельский сход, мнение которого по закону должно быть основополагающим, требовал школу сохранить. Но ее «реорганизовали», оставив только начальные классы.
Здесь же, при закрытии муниципального казенного учреждения, вообще никто ни у кого мнения не спрашивал, даже для видимости. Еще в первых числах апреля на счет учреждения были перечислены средства на летний лагерь, на ремонт помещения… А неделей спустя вдруг пришел указ о ликвидации и все средства были сняты. Удивительный цинизм.
О таких событиях не сообщают по телевизору. Все идет своим чередом – школы закрывают, села пустеют. Не принято говорить и о том, что происходит и в системе детских социальных учреждений, которые разбросаны в провинции.
В год через этот центр проходило около полутора сотен детей из семей в трудной жизненной ситуации. Сотрудники центра не только заботились о детях, проживающих у них – стараясь подкормить ребенка, подлечить, развить способности. Они ездили и по семьям, беседовали с родителями, выясняли причину трудностей, старались помочь с оформлением пособий, поиском работы, настойчиво объясняя: если папа и мама не возьмутся за себя, не станут заботиться о ребенке должным образом, их лишат прав… Хотя это не частая практика. Показатель возвращаемости детей в родные семьи высокий – более 95%.
Работа – самая тяжелая проблема небольших сельских поселений. Жилье свое – только в деревне. Переехать нет возможности, а жить нечем – нет работы. Нет ее и в самом Ардатове. И тридцать пять сотрудников центра внезапно становятся безработными. Теперь не исключено, что и их семьи попадут в трудную жизненную ситуацию. При увольнении они получат два среднемесячных заработка, а потом им какое-то время будут выплачивать по 4900 руб. в месяц, что ниже прожиточного минимума по Нижегородской области… Обязанность трудоустроить сокращаемых сотрудников возложена на ликвидационную комиссию, которую должен возглавить директор, который сам становится безработным… сэкономленные благодаря ликвидации учреждения средства будут направлены на повышения заработной платы "отдельным категориям работников". Вот так - отнимут у одних обездоленных, чтобы помочь другим обездоленным... Но вернемся к детям.
Примерно 280 семей по району находились под наблюдением специалистов центра. Если двадцать детей, нуждающихся в реабилитации, можно направить, например, в Арзамасский реабилитационный центр, то кто будет отслеживать ситуацию в семьях? Причем не в одном только Ардатове закрывают реабцентр. Подобная судьба и у других. Одно дело родителям навестить ребенка в Ардатове, и совсем другое – в Арзамасе, куда добираться гораздо дальше и дороже. Способствует ли это воссоединению семьи?
Громко у нас в стране говорят о защите прав детей, о необходимости решать демографическую проблему, о противодействии насилию и жестокости… А разве не проявление насилия и жестокости по отношению к этим детям, для которых реабилитационный центр – второй дом – его ликвидация? А по отношению к сотрудникам центра, чье материальное (и моральное) состояние в одночасье резко ухудшается?
Коллектив обращался с просьбой о пересмотре решения по ликвидации к губернатору (через главу местного самоуправления), в прокуратуру, писали и Президенту России… Однако ничего не изменилось.
